История, археология и этнография Кавказа
History, Archeology and Ethnography of the Caucasus

Среди большого количества декоративно отделанных позднекуфическими арабскими надписями и  растительным орнаментом надмогильных стел XIV–XV вв., находящихся на кладбищах селения Кубачи и изученных нами в последние годы, представлены стелы, на которых рельефно высечены имена Аллаха, Его посланника и пророка Мухаммада. На двух выявленных стелах эти надписи дополнены упоминанием имени четвертого праведного халифа Али. Надписи с этими именами включены в состав декоративного оформления стел и представляют несомненный интерес не только в художественном аспекте, но и в религиозном. Этим двум стелам и посвящена настоящая публикация, в которой представлены их художественно-стилистическая характеристика и историческая интерпретация с привлечением иных исторических свидетельств. Представляемые надмогильные памятники, как и другие стелы Кубачи и его окрестностей XIV–XV вв., представляют художественных и исторический интерес, будучи уникальными по своему декору, художественной ценности в кругу известных мусульманских надмогильных памятников Кавказа и всего мусульманского Востока.

Стела № 1 (рис. 1) расположена близко к концу верхнего участка юго-западной части кладбища «Бидахъ хуппе» (в пер. с кубач. – «Кладбище на той стороне»), которое находится в 1,5–2 км к юго-западу от с. Кубачи, на обращенном к селению северном склоне горы Цицила. Стела, имеющая трапециевидную форму, была обломана в основании и лежала на поверхности земли лицевой стороной вверх. Нижняя часть ее была покрыта, а верхняя часть заросла лишайником. После расчистки стелы, покрытой в  нижней части тонким слоем земли, а в верхней – лишайником, с ее лицевой стороны был сделан эстампажный отпечаток, который затем был прорисован и сфотографирован. Стела имеет высоту 106  см, ширину вверху 80 см, ширину внизу 69 см, толщину 7 см.

Хорошо выровненная и заглаженная лицевая сторона стелы украшена художественно оформленными арабскими надписями и растительным орнаментом. По бокам и вверху поле стелы огибает узорно-эпиграфическая полоса, имеющая вид арки с полукруглым верхом. В полосу заключена декоративная арабская надпись в стиле цветущего куфи – трижды повторяющаяся известная формула: «Нет божества, кроме Него. Нет божества, кроме Него. Нет божества, кроме Него»1. Надпись имеет декоративно проработанные буквы, верхние концы которых вырезаны в виде сложной формы полупальметтами, с тонкой врезной орнаментацией внутри их. Нижние концы отдельных букв также имеют декоративное оформление. По стволам некоторых крупных букв сделаны продольные желобки.

Верхняя, закругленная часть узорно-эпиграфической полосы отделяется от её нижней части горизонтальными ленточными полосками. Правая сторона стелы имеет небольшой дефект – небольшой фрагмент надписи в нижней части отслоился.

Декоративная арабская надпись вырезана на фоне и в переплетении с растительным орнаментом, который представляет непрерывный волнистый стебель-вьюнок, от которого отходят спирально закрученные ответвления-побеги, завершающиеся трилистниками или пальметтами. Стебель и его ответвления дополнены листочками, полутрилистниками, пальметтами, полупальметтами, завитками различных форм и размеров, которые орнаментально насыщают декоративное оформление стелы. Наиболее крупные из них дополнительно проработаны тонкой узорной резьбой. Волнистый стебель и его ответвления имеют тонкие продольные желобки, придающие более тонкий, изящный характер всему орнаментальному декору.

В правом и левом нижних концах-основаниях узорно-эпиграфической полосы находятся четырехугольники, также отделанные своеобразным рельефным растительным орнаментом.

В верхних боковых, заглубленных углах стелы находятся врезные арабские надписи. В правом углу надпись не поддается удовлетворительному чтению. Надпись в левом верхнем углу является продолжением надписи в правом углу. В переводе А.Р. Шихсаидова (с уточнением М.-Р.А. Гасанова) она гласит: «Дата – семьсот восемьдесят три от хиджры пророка. Да благословит его Аллах и приветствует. Да осветит Своим светом его могилу до Судного дня (кийама)». 783 год хиджры соответствует 1381 г. современного летосчисления.

Указанная уверенно читаемая специалистами дата вызывает у нас сомнения, так как представленная на памятнике резьба отличается развитым стилем по сравнению с резьбой стел конца XIV в. и характерна для стел следующего столетия. Не исключено, что мастер-резчик перепутал сотни и десятки и, возможно, стела датируется 837 г. хиджры, т.е. 1433–34 гг.

Центральное поле стелы занимает композиция из вертикально расположенных по центральной оси четырех крупных медальонов, соединенных между собой.

Верхнюю часть центрального поля занимает круглый рельефный медальон, обрамленный снизу и  по бокам растительным орнаментом. Поле медальона занимает симметрично расположенная рельефная арабская надпись «Аллах» с элементами цветущего куфи – буквы, на стволы которых нанесены продольные желобки, снабжены декоративными полутрилистниками и полупальметтами. В  середине надписи помещена вытянутая вверх многочастная пальметта, завершающаяся вверху трилистником с лепестками, закругленными на концах. Близкое по художественно-стилистическому исполнению воспроизведение имени «Аллах» представлено, в частности, на строительной надписи 678  г. х. / 1279–1280 г. в кладке мечети сел. Рича (Южный Дагестан), в которой имя Всевышнего также помещено в  круглый медальон с центральным «древом жизни» [1, с. 112–113, рис. 9; 2, с. 46–47, рис. 17; 3, с. 85, 277, табл. XIII, 81a], и на стеле XI–XII вв. мусульманского культового объекта в Дербенте внутри символического изображения мечети [4, c. 185, 190, рис. 3; 5, с. 811–812, рис. 7].

Под описанным медальоном расположен незамкнутый в нижней части второй (средний) круглый медальон, покрытый рельефным растительным орнаментом. В центре его находится маленький круглый медальон с рельефной арабской надписью: «Мухаммад». Своим заостренным верхом средний медальон соединяется с верхним медальоном.

От нижних боковых концов среднего медальона в обе стороны отходят короткие и широкие горизонтальные полоски, доходящие до краев узорно-эпиграфической полосы. Они покрыты мелким растительным орнаментом – вьюнком, на переплетающиеся между собой стебли которого нанесены продольные желобки. Два верхних медальона также окаймлены по бокам центрального поля крупными рельефными полутрилистниками, заполненными вьющимся растительным орнаментом, выполненным в низком рельефе.

Ниже располагаются двойной ленточный медальон с несомкнутыми нижними концами, образованный двумя параллельно следующими лентами. В его центре находится маленький круглый с заостренным верхом медальон. В него заключена рельефная арабская надпись: «О, Али!». От нижних концов несомкнутых медальонов отходят в стороны горизонтальные полоски, примыкающие к краям узорно-эпиграфической полосы. На ленты медальонов и на отходящие от них горизонтальные полоски нанесены продольные желобки. По бокам этот медальон также, как и два вышерасположенных медальона, обрамлен подобными большими полутрилистниками, внутренне пространство которых заполнено растительным орнаментом. В обоих случаях полутрилистники примыкают к внутренним краям узорно-эпиграфической полосы.

В самой нижней части центрального поля помещен четвертый рельефный фигурный медальон с  заключенной в него крупной пальметтой с фигурной выемкой в центре.

Особенностью декоративной отделки данной стелы является то, что арабские надписи и растительный орнамент густо покрывают её переднюю сторону. Довольно сложные орнаментальные и эпиграфические композиции гармонируют между собой. Свободное от рельефного орнамента центральное поле заполнено точечным фоном, что придет большую выразительность всей композиции. Несомненно, художественные достоинства резьбы свидетельствуют о ее исполнении профессиональным резчиком по камню.

Описанная стела представляет научную и художественную значимость не только как образец мусульманского декоративно-прикладного искусства, резьбы по камню, каллиграфии и эпиграфики, но  и как объект, содержащий дату изготовления. Это один из немногих надмогильных памятников, содержащий дату его изготовления и выступающий, таким образом, хронологическим индикатором, что увеличивает его ценность для разработки проблем генезиса и развития камнерезного искусства Кубачи и всего Дагестана.

Стела № 2 (рис. 2) находится на юго-восточном участке того же кладбища «Бидахъ хуппе». Она также обломана у основания и лежала на поверхности земли декорированной лицевой стороной вниз. Сохранность памятника хорошая, исключение – трещина в левом нижнем конце. Стела имеет трапециевидную форму. Ее высота 105 см, ширина вверху 80 см, ширина внизу 63 см, толщина 7 см.

На хорошо выровненную и заглаженную лицевую сторону стелы нанесен выразительный растительный орнамент, сопровождаемый арабскими надписями. Стела в целом имеет то же композиционное построение, что вышеописанная стела. По бокам и вверху ее огибает широкая орнаментально-­эпиграфическая полоса с полукруглым верхом. Рельефная декоративно-религиозная арабская надпись гласит: «Нет божества, кроме Аллаха, Мухаммад – посланник Аллаха. Воистину. О, Мухаммад! О, Али!». Буквы надписи имеют декоративное оформление – верхние концы их завершаются полупальметтами или двойными завитками. Верхние и нижние завершения отдельных буквы декорированы в  виде пальметт или трилистников. концы

Надпись сделана на фоне рельефного растительного орнамента в одной с ней плоскости. Волнистый стебель, вьющийся слева направо, заполняет все пространство орнаментально-эпиграфической полосы. От стебля отходят ответвления-побеги с завершениями в виде трилистников или пальметт, поверхность которых дополнительно проработана тонкой узорной резьбой. На стебель и его ответвления нанесены тонкие продольные желобки, которые придают орнаменту бóльшую художественную выразительность. Стебель и ответвления дополнены завитками, листочками, полутрилистниками, плоская поверхность которых также покрыта мелким врезным растительным орнаментом, заполняющим свободное пространство.

Верхние боковые углы стелы в подтреугольных полях, свободных от орнаментально-эпиграфической полосы, занимают попарно расположенные полупальметты и полутрилистники, дополнительно декорированные внутри мелким врезным растительным орнаментом из полупальметт, трилистников, полутрилистников и листков.

В верхней части центрального поля помещен круглый рельефный медальон, декоративно окаймленный по периметру завитками, полупальметтами и вверху – венчающим трилистником. В поле медальона помещена рельефно выполненная эпитафия на арабском языке: «Обладатель этой могилы Ма. р. н. (?), сын А. ч. (?) – кади. Милость Аллаха над ним ...».

От основания медальона вниз отходит короткая полоска с обвязкой посередине. Ниже полоска раздваивается и переходит в крупные полупальметты, которые занимают нижнюю половину центрального поля и внутри декорированы растительным орнаментом. Фон между верхними частями полупальметт имеет очертания трилистника с заостренным верхним лепестком и закругленными боковыми.

В основании центрального поля расположена неорнаментированная треугольная фигура, на вершине которой расположен небольшой рельефный трилистник с растительным орнаментом внутри. От  трилистника поднимается вверх узкая полоска с продольным желобком и обвязкой, которая завершается меньшего размера трилистником, отделанным узорной резьбой.

Свободное по бокам пространство между круглым рельефным медальоном в верхней части центрального поля и расположенными ниже двумя полупальметтами занимают симметрично расположенные друг против друга ещё две крупные одинаковые крупные полупальметты, примыкающие к  орнаментально-эпиграфической полосе. Внутреннее пространство этих полупальметт заполнено идентичным растительным орнаментом, выполненным в низком рельефе (вьющийся стебель с побегами с трилистниками, полутрилистниками, листками). Фон центрального поля, свободный от орнаментального оформления, как и на предыдущей стеле, заполнен фактурными точками.

Палеография арабских надписей и особенности стиля растительного орнамента позволяют датировать данный надмогильный памятник серединой XV в.

Описанная стела имеет довольно высокий декоративно-художественный уровень, умело и мастерски сочетая в единой и выразительной композиции рельефную позднекуфическую арабскую надпись и насыщенный растительный орнамент. Художественные качества отделки стелы усилены орнаментальной отделкой арабских букв надписи узорно-эпиграфической полосы. Декор центрального поля стелы, выполненный с учетом его закругленного верха поля, вполне гармонирует с остальным декором стелы.

В целом обе стелы представляют единое, но различающееся в деталях, композиционное построение, характерное для надмогильных плит Кубачи XV века.

Упоминание в надписях на надмогильных стелах имен Аллаха и Его посланника Мухаммада – распространенное явление в репертуаре мусульманской погребальной эпиграфики средневекового Дагестана. Это и понятно. Смерть человека, как и его жизнь, в мусульманской теологии самым тесным образом связаны с именем и деяниями Аллаха. Это нашло отражение в целом ряде аятов священного Корана (6:60; 6:61; 16:61; 32:11; 39:42 и др.) и хадисов пророка Мухаммада. К примеру, сура «ал-Ан‘ам» («Скот»), аят 61 гласит: «Он – Одолевающий и находится над Своими рабами. Он посылает к  вам хранителей. Когда же к кому-нибудь из вас приходит смерть, Наши посланцы умерщвляют его, и они не  делают упущений» (Коран, 6:61). Сура «ас-Саджда» («Земной поклон»), аят 11 гласит: «Скажи [о,  Мухаммад]: “Ангел смерти, которому вы поручены, умертвит вас, а затем вы будете возвращены к  своему Господу”» [Коран, 32:11].

Значительно реже, как исключение, встречается погребальной эпиграфике имя праведного халифа Али – двоюродного брата, зятя и сподвижника пророка Мухаммеда, четвертого праведного халифа, почитаемого шиитами как первого имама и святого, праведника и воина, особыми узами близости связанного с Мухаммедом, трагически погибшего в результате заговора.

Имя халифа Али упоминается в надписях на рассмотренных надмогильных стелах после имени пророка Мухаммада. Присутствие в надписях имени халифа обусловлено, по всей видимости, тем, что часть жителей Кубачи в XV в. исповедовала ислам шиитского толка, который проник в Кубачи, вероятно, в результате военно-миссионерской деятельности в Дагестане шейха Ходжа Джамшида Сефеви, происходившего из Ардебиля.

Его могила, почитаемая местными жителями, находится на кладбище нижнего квартала Кубачи. Она представляет собой своего рода мавзолей, называемый кубачинцами «Шехла хяб» (в пер. – «Могила шейха») и приписывается Изагала Ахмеду. В середине 1950-х гг. этот мавзолей, находившийся в  аварийном состоянии, обрушился. Но спустя несколько лет был восстановлен, но не в первоначальном виде. Его реставрировал, вероятно, местный строитель, тот самый Изагала Ахмед, которому и  приписывают мавзолей. Среди кубачинцев в прошлом принято было произвольно давать имя мастера-строителя или реставратора квартальным мечетям, архитектурно оформленным родникам и т.д. Так, женскую мечеть в нижнем квартале Кубачи после ее реставрации стали называть «Чакан Х1яжила мишит» (в пер. – «Мечеть Чакан Гаджи»), который был, вероятно, мастером-строителем.

Принадлежность мавзолея шейху подтверждается надписью на стеле, поставленной на могиле Ходжа Джамшида. Она опубликована востоковедом-арабистом Т.М. Айтберовым [2, с. 19]. Левый нижний конец стелы обломался, возможно, при разрушении мавзолея в середине 1950-х гг. Как отмечает Т.М. Айтберов, текст эпитафии написан хорошим каллиграфом, обучавшимся, возможно, на мусульманском Востоке: «Помилованный Аллахом раб Его, прошенный им мученик [за веру?] султан Ходжа Джамшид – сын султана Шейха Джунайда … Скончался этот мученик [за веру], называемый Ходжа Джамшид, в году …» [6, с. 20; 7, р. 283]. Остальная часть надписи, к сожалению, утрачена.

Ныне трудно достоверно объяснить, каким образом представитель ордена Сефевийе, шейх Ходжа Джамшид оказался в Кубачи. Вероятно, всего, что он принимал участие в насаждении шиизма среди кубачинцев. Известно, что в середине – второй пол. XV в. сефевидские шейхи Джунейд (в 1447–1460  гг.) и Хайдар (в 1460–1488 гг.) активизировали свою военно-религиозную деятельность на Восточном Кавказе. Шейх Хайдар, брат Ходжа Джамшида, совершал неоднократные походы (1483, 1487, 1488 гг.) на  Северо-Восточный Кавказ. В 1488 г. он в третий раз организовал поход в сторону Табасарана и Зирихгерана (Кубачи) с целью ведения войны с «неверными». В районе табасаранского селения Тинит его войско было разбито, а сам он был убит. После поражения войска Хайдара «из Кубачи были изгнаны приверженцы шиитов-сефевидов, а с. Кубачи, – как пишет Т.М. Айтберов, – перестал быть исламским центром шиитов имамитского толка» [6, с. 29]. Можно лишь полагать, что его брат Ходжа Джамшид, ведший религиозную пропаганду в Кубачи, также погиб во время этих событий.

Таким образом, очевидно, что именно с распространением шиизма в Кубачи связан тот факт, что в декоративной отделке описанных выше двух рассмотренных надмогильных памятников, на их центральных участках высечено имя четвертого праведного халифа Али – двоюродного брата и зятя пророка Мухаммада.

В заключении отмечу, что имя Али присутствует и в перечне имен четырех праведных халифов, высеченных на двух каменных рельефах – архитектурных деталях XV в. из с. Кубачи [8, с. 387, рис. 1; 9, с.  14–15, 19, рис. 2]. Как известно, одним из основных признаков принадлежности к суннизму считается признание законности всех первых четырех исламских халифов – Абу Бакра, Омара, Османа и Али, тогда как шииты признают таковым только халифа Али (подробнее см., напр.: [10]). Имена первых четырех праведных халифов, запечатленные на рельефах – архитектурных деталях XV в., вероятно, призваны были специально подчеркнуть принадлежность жителей этого селения к суннитскому толку ислама, когда шиизм был уже вытеснен из Кубачи.

Мисрихан Мамаевич Маммаев

Автор, ответственный за переписку.
Email: mmisrihan@mail.ru
ORCID iD: 0000-0003-4529-4121
https://www.famous-scientists.ru/11023/

Россия

 Звание, должность: Доктор искусствоведения, главный научный сотрудник отдела археологиии

Научные интересы: История искусства Дагестана, эпиграфика, народные промыслы и ремесла дагестанских народов.

Дополнительные файлы

Просмотры

Аннотация - 1611

PDF (Russian) - 207